Эдуард Хмелар — обо всем, что движет миром

Эдуард Хмелар — обо всем, что движет миром
  • 29.04.16
  • 0
  • 514
  • фон:

Словацкий политолог, аналитик и бывший ректор Академии СМИ Эдуард Хмелар в интервью Parlamentní listy резко критикует давление, оказываемое в вопросе повышения расходов на оборону. По его словам, это шантаж США. Но мы, утверждает Хмелар, не можем отвечать за американские военные авантюры. Мадлен Олбрайт, которая недавно побывала в Братиславе, он считает военной преступницей, несущей ответственность за развал мира и миллионы жертв. Хмелар также критикует союз ЕС с Турцией, которая якобы является диктатурой, попирающей наши ценности.

Parlamentní listy: На конференции GLOBSEC в Братиславе прозвучали настойчивые предостережения по поводу России. Польша добивается размещения военного контингента на своей территории и в других восточных странах альянса. Также прозвучал тезис о том, что Россия стремится нарушить единство ЕС и при этом проявляет невероятную активность, в том числе, в Чехии и Словакии. Генерал Павел предупредил, что будут названы те союзники по НАТО, которые не придерживаются правила передачи 2%  ВВП на вооружение. Он подразумевал и Чехию. Насколько можно согласиться с основными выводами конференции?

Эдуард Хмелар: Во-первых, нужно ясно понимать, что такое GLOBSEC. С точки зрения численности видных гостей это, несомненно, престижное и щедро финансируемое мероприятие. С точки зрения открытой плюралистической дискуссии, однако, это платформа, грубо, и даже бесхарактерно, используемая для бесстыдной пропаганды новой фазы холодной войны самых худших масштабов. Каждый год там с огромной помпой приветствуют кого-нибудь, кто в справедливом мире уже давно был бы осужден за военные преступления. В этом году, например, приехала Мадлен Олбрайт, бывший госсекретарь США, которая сыграла принципиальную роль в развале Югославии и извлекла из него финансовую выгоду, скупив ключевые предприятия в Косово, в том числе Telekom. На прошлой неделе приезжал и британский премьер Дэвид Кэмерон. Он является архитектором бомбардировок Ливии и последующей смены режима там, а эти действия не только были нарушением международного права, в частности, резолюции Совбеза ООН под номером 1973, но и, главное, привели к разложению государства и нынешнему расцвету контрабанды людей, желающих попасть в Европу. Разумеется, побывал в Братиславе и бывший грузинский президент Михаил Саакашвили, который у себя на родине разыскивается за превышение полномочий государственного деятеля, за подстрекательство к насилию и кровавое подавление массовых демонстраций в ноябре 2007 года. Сначала он скрывался от справедливости в США, а теперь пользуется защитой Украины. И этот список можно было бы продолжить.

Приличные люди такой компании избегают. Поэтому на этой конференции вы никогда не увидите Джереми Корбина, Берни Сандерса, Эво Моралеса или Джастина Трюдо. Нет там и Джозефа Стайглица, Ноама Хомского, Иммануила Валлерстайна или Наоми Кляйн. Это мероприятие — совершенно однобокое событие, и так его и следует воспринимать. В подобной атмосфере нельзя вести рациональную дискуссию о России, у которой есть свои проблемы в политической системе, судопроизводстве, ситуации с правами человека и так далее. Но Россия — не та страна, которую нужно демонизировать. Очень заметно, что на этом мероприятии не звучит никакой критики в адрес самых жестоких союзников США, например, Саудовской Аравии или одного из центральноафриканских кровавых режимов. Однако участники конференции взахлеб критикуют режимы в России, на Кубе и в Венесуэле, с которыми сотрудничество при решении глобальных проблем не только возможно, но и неизбежно.

Обратили ли вы внимание на то, сколько сегодня у Запада врагов? Нас заставляют ненавидеть и изолироваться от такого большого числа стран, что это выходит за рамки представлений времен советской империи. Но, собственно говоря, почему? Почему камнем преткновения должна становиться давняя мечта человечества о мире и дружбе со всеми народами на свете? Почему мы должны принимать эту желчную информационную войну, характерную, скорее, для сумасшедшей диктатуры, в которой утопают оба полушария нашей планеты? Это касается и — даже в первую очередь — философии Североатлантического альянса. Просто невероятно, что упомянутый председатель военного комитета НАТО генерал Павел говорит, что главной угрозой для Европы являются не нынешние проблемы с массовой иммиграцией, а Россия. И если начать ставить под сомнение непосредственный опыт европейцев и создавать воображаемых врагов, то люди сочтут вас идиотом. И рано или поздно начнут спрашивать, от чего нас защищает НАТО, если не от реальных угроз, и для чего вообще нам нужна эта организация, если она активизируется только при нарушении глобальных интересов Америки.

— Часто именно НАТО и его члены нам часто напоминают, что мы выделяем недостаточно средств на оборону…


— На примере все усиливающегося давления в вопросе повышения военных расходов до 2% ВВП вы видите всю абсурдность ситуации. Несмотря на то, что Стокгольмский институт исследования проблем мира (SIPRI) давно предупреждает, что нынешний темп роста вооружений неэффективен, что он способствует не безопасности, а дестабилизации мирового порядка, большинство политиков и аналитиков иррационально называют любое сокращение расходов угрозой безопасности. Лоббисты от военной промышленности, конечно, будут вам твердить, что все таким образом потраченные деньги являются своего рода залогом или перестраховкой на случай вероятной опасности. Однако сегодня где бы вы ни пожелали застраховаться, везде сначала нужно оценить риски. Иначе расходы на страхование будут бесконечны. А именно так и тратятся деньги на военные нужды страны НАТО: мол, эффективность оценивать не стоит — достаточно выдумать угрозу и ее иррациональность оправдать мерами безопасности. Это все равно что каждый день покупать лекарства, но не потому что они нужны вам, а так — на всякий случай. Любой гражданин в демократической стране имеет право на безопасность, а также право спрашивать, каким образом она поддерживается. Если все ведомства должны обосновывать свои расходы, то и Министерство обороны не должно быть исключением. Но на деле все совершенно иначе. Любая угроза формулируется так, чтобы оправдать военные расходы, а не наоборот. Все это странно. Нас ужасают расходы на государственный аппарат, у нас аллергия на требования профсоюзов, мы экономим на Словацкой академии наук, на матерях с детьми и даже на тяжелобольных пациентах, но никто, никто не требует обоснования расходов на оборону. Любое требование, поступающее от лоббистов ВПК, наши СМИ воспринимают почти с благоговением.

Факты таковы: страны НАТО сегодня тратят на вооружение примерно две трети общемировых расходов. В последние годы Россия начала более серьезно вооружаться, но по-прежнему там оборонные расходы составляют только 5%. В традиционной войне против таких превосходящих сил у России не осталось бы шансов, а в нетрадиционной шансов не останется ни у кого. Тогда о чем мы тут говорим? С другой стороны, Североатлантический альянс — это единственная международная организация, на транжирство которой общество смотрит сквозь пальцы. Строительство новой штаб-квартиры НАТО настолько подорожало, что странам-членам пришлось доплатить миллионы евро. НАТО начала больше давить в вопросе расходов на оборону своих членов в начале 2010 года, когда столкнулось с проблемами, связанными с ростом трат на бессмысленную войну в Афганистане. То есть, с одной стороны, политики патетически убеждают общественность, что нам не хватает денег на модернизацию армии, а с другой, мы помогали создавать афганскую армию, которая благодаря этому финансированию более современна, чем наша. Мы кормим производителей оружия, не оценивая, какой это будет иметь эффект для нашей безопасности. Дискуссию, которая у нас ведется по поводу безопасности, формируют не специалисты, ориентирующиеся на мирное решение и улучшение отношений между народами, а лоббисты от ВПК. Они считают мантрой любой дискуссии на эту тему наши «обязательства» способствовать обороноспособности НАТО военными расходами в размере 2% ВВП. Я не знаю, понимает ли большинство людей, какие это огромные деньги. Вопреки тому, что говорили защитники Североатлантического альянса, его оборона не дешева: большинство нейтральных стран сегодня выделяет на оборону меньше, чем даже самые слабые члены НАТО. Два процента ВВП, по мнению многих специалистов, являются самоцелью, границей милитаризма, а мы по-прежнему не отказываемся от этих обязательств. Американские союзники часто шантажируют нас тем, что их доля в военных расходах стран-членов НАТО постоянно растет. Однако этот аргумент построен на демагогии. Ведь мы не несем и не можем нести ответственность за американские военные авантюры и приводить в соответствие с ними собственные расходы. Своим американским друзьям мы можем посоветовать только не вести столько бессмысленных войн. И тогда их расходы будут ниже. Наши приоритеты в области безопасности должны быть сформулированы иначе.

— В конференции GLOBSEC участие приняла и бывший госсекретарь США Мадлен Олбрайт, которая заявила, что Соединенные Штаты должны участвовать в мировых событиях и быть готовыми вмешаться в них в любой точке мира, и не только военными средствами. Призывы к ослаблению трансатлантического союзничества или даже к роспуску НАТО, по ее словам, очень опасны. И лучше всего к роли президента США подготовлена Хиллари Клинтон. Что вы скажете об этом?


— Только то, что Мадлен Олбрайт продвигала именно ту политику, которая привела мир к нынешним проблемам. Ту политику, которая разложила Балканы, Афганистан, Ирак, Ливию и Сирию. Невероятно, что миллионы погибших не заставили Олбрайт провести самоанализ, что говорит о том, что ничего не изменилось и миром по-прежнему правят те же самые почтенные лжецы, а самые страшные военные преступники диктуют народам условия из правительственных дворцов. В советнике (словацкого — прим. ред.) президента республики Мартине Буторе я когда-то ценил его гражданскую активность и чрезвычайно тактичное поведение. В момент, когда он вручил Олбрайт награду за — внимание — «укрепление мира» и назвал ее «чудом, воплощенным в человеке», у которого надо учиться, я потерял к нему всякое уважение. Потому что это было не мнение, а уже намеренное промывание мозгов на уровне политруков 50-х годов. И однажды за происходящее сегодня нам всем будет стыдно. Так же следует воспринимать поддержку Олбрайт Хиллари Клинтон. Ведь эта женщина для Олбрайт является гарантией преемственности: ментально они на одном уровне. И этот менталитет я бы охарактеризовал одним прославленным высказыванием Мадлен Олбрайт, которая, будучи госсекретарем, возмущалась: «Зачем нам армия, если мы не можем ею воспользоваться?» В этом на первый взгляд наивном вопросе — ее философия. Она — крайне воинственный человек, который верит в искусство дипломатии меньше, чем в силу оружия.

— Владимир Путин в рамках своего ТВ-шоу пытался утешить российских граждан. Они жаловались на дорожание продуктов и лекарств, на снижающиеся и задерживаемые зарплаты, некачественные дороги, коррупцию, дороговизну ЖКХ, невозможность выплачивать ипотеку и так далее. В каком положении дома сегодня находится российский президент? Насколько он силен и стабилен? Как ему удается справляться со столькими жалобами со всех сторон? Будет ли он вновь избран президентом, и завершит ли он спокойно свой мандат, или же Россия «опомнится» и испытает турбулентность, если не революцию?
— Мне уже смешно от этих постоянных попыток выдать желаемое за действительное. Рассуждения о том, что Путин вот-вот падет, звучат и у нас, прежде всего, из уст журналистов мэйнстрима и проамериканских аналитиков, но вся эта болтовня лишь уличает ее авторов в невероятно скудных знаниях о современной России. Прежде всего, путинская популярность, несмотря на снижающийся жизненный уровень большей части населения, продолжает бить все рекорды. По данным исследований, политику Путина одобряет более 81% граждан, а более 70% выбрали бы его на следующих президентских выборах. Это доверие, которое ни один другой западный политик даже представить себе не может. Конечно, вы задаетесь вопросом о то, почему это происходит. Да просто потому что популярность российского президента растет не вопреки, а благодаря экономическим санкциям. Такова уж русская душа. Русские всегда отвечали на обиды, причиненные врагами их родине, тем, что переставали критиковать свое руководство и объединялись вокруг него. Часто говорят о мощи российской финансовой олигархии, но у нее при Путине те же интересы, которые были при Ельцине и которые имеют олигархи в Братиславе, Праге, Берлине или в Вашингтоне. Структурные проблемы российского общества похожи на структурные проблемы других капиталистических стран — с той лишь разницей, что сейчас у россиян чрезвычайно талантливое руководство.

— Гельмут Коль предупреждал, что Европа не может принять миллионы бедных иммигрантов, и что нужно помогать им там, откуда они прибывают. Насколько он изменил дискурс в Германии? Как, собственно, развивается европейское отношение к этой проблеме после того, как заработало — или не заработало — соглашение с Турцией и в целом была отвергнута инициатива Европейской комиссии по созданию единой системы предоставления убежища и введению распределительных квот?


— Я бы не переоценивал слова Гельмута Коля. Этот старый человек уже не может серьезно влиять на общественный дискурс, потому что часть немцев после коррупционных афер перестала доверять ему, а кроме того, большинство знает, что спор между Колем и Меркель уже давно носит личный характер. О миграционном кризисе мы, как правило, слышим только резкие заявления, но предлагаемые таким образом решения обычно не переживают первого столкновения с реальностью. Я знаю, что ваш портал выступает против притока мигрантов, но я не скажу вам того, что вы хотите услышать. Политики-популисты создают впечатление, что достаточно только занять бескомпромиссную жесткую позицию, никого не пускать, продержаться, и тогда миграционный кризис минует, как летняя гроза. Но это не так — напротив, ситуация будет ухудшаться.

Заграждения в таком положении совершенно неэффективны, и численность беженцев, несмотря на заборы, возрастает. Удивляться тут нечему, потому что если вы бежите от войн, бедности и засухи и вложили в это все, что есть, то вас уже ничто не остановит. Договор ЕС с Турцией морально и политически не только позорен, но и, что главное, неэффективен. Кроме того, о каком соглашении Европейского Союза мы тут вообще говорим? Весь этот план за ночь с шестого на седьмое марта подготовила канцлер Ангела Меркель вместе со своим турецким партнером, и для обсуждения не был приглашен ни председатель Европейской комиссии Юнкер, ни председатель Европейского совета Туск. Такая Европа, где сильной рукой правит Германия, которая быстрее договаривается с ориентальными державами или с Россией, чем со своими европейскими партнерами, и нас всех просто выбрасывает из игры, ставя перед фактом, так вот, такая Европа будет привлекать все меньше и меньше людей. Турция небезопасная страна. Мы не подозреваем, что происходит в ее лагерях, потому что туда не пускают журналистов, а у беженцев отобрали телефоны. Однако мы знаем, что турецкий режим стрелял в сирийских беженцев, бегущих от головорезов из Исламского государства прямо на границе, как о том сообщила организация Human Rights Watch, чтобы улучшить ситуацию. Европейские политические руководители хорошо знают, что там происходит, и, несмотря на это, председатель Европейского совета Дональд Туск произносит бесхарактерную ложь о том, что Турция — лучший пример обращения с беженцами на свете. Все это один большой обман. Эрдоган делает из нас дураков, а мы ему за это еще и платим. Поэтому если вы спрашиваете меня, как развивается европейское отношение, то я не могу вам ответить, к чему все это приведет. Но я скажу, что наиболее разумным и перспективным предложением последних недель я считаю заявление заместителя председателя Европейской комиссии Франса Тиммерманса, который предложил объединить европейские правила, касающиеся беженцев. Просто при решении этой ситуации нет места тем политикам, которые не понимают общего интереса.

— Европа бурлит от беспокойства в связи с поведением турецкого президента Эрдогана. Мало того что он позволил себе потребовать от Меркель подтверждений о преследовании сатирика, который назвал его «любителем коз», массу вопросов вызывают и его действия в отношении курдов, поддержка террористов в Сирии и, разумеется, нарушение прав человека и свободы слова. Можно ли согласиться с тем, что, пуская беженцев в Европу, Эрдоган мстит за крах Османской империи, как о том пишет турколог Томаш Лане, и что в случае отказа в безвизовом режиме он снова откроет беженцам путь в ЕС? Как оценивать этого партнера?

— Подобные мнения, которые стараются объяснить работу политиков столетними травмами, я считаю слишком упрощенными и даже глупыми. Все работает иначе, и история не является слугой политики. Однако если говорить о самом Эрдогане, то я уже несколько лет заявляют, что с таким союзником нам уже и враги не нужны. Режим Эрдогана недалек от диктаторского. В прошлую пятницу в Стамбуле начался суд над несколькими университетскими профессорами, которые являются подписантами петиции, критикующей массовое убийство курдов турецкими военнослужащими. Этим интеллектуалам предъявлено обвинение в «террористической пропаганде» и оскорблении турецкого государства, за что им грозит до семи лет лишения свободы. Эрдоган сажает неугодных журналистов, пытает политических оппонентов. Он жестоко разогнал антиправительственную демонстрацию и позволил силам правопорядка использовать боевые патроны. И, несмотря на все это, президент Словакии Киска назвал Эрдогана своим другом, а Турцию — «островом стабильности» (эта высокопарная формулировка опять-таки попахивает стилем Мартина Буторе). Это безумие. По какому праву мы критикуем Россию, если в числе наших союзников есть намного худший режим, а мы ничего с этим не делаем? В случае уголовного преследования немецкого сатирика Берлин совершил беспрецедентно скандальную ошибку. Если допустить, что Европа останется Европой, только если будет защищать свои ценности, то необходимо осознать, что эти ценности мы не защитим, развивая холодную войну с Россией или Ираном. Прежде всего, мы не должны позволять ставить под сомнение европейские ценности и права человека внутри нашего общества. Если мы откажемся от этого священного принципа, что за этим последует? Мы будем выдавать критиков американской внешней политики Соединенным Штатам? Обратите внимание, это чрезвычайно опасная тенденция.

— В Великобритании стартовала кампания перед референдумом о членстве страны в ЕС. Некоторые политики и аналитики по всей Европе предостерегают перед выходом Великобритании из ЕС: якобы это будет катастрофой для обеих сторон, а в итоге еще и ослабит влияние США в Европе, что может оказать негативное воздействие на нашу безопасность. Вразрез с этим бывший президент Клаус говорит, что если британцы выйдут из ЕС, то ничего не случится. Насколько однозначно можно судить, какие последствия будет или не будет иметь выход Великобритании из ЕС?


— Европейский Союз ощутил бы негативное воздействие от выхода Великобритании в экономике, однако я полагаю, что этот шаг на нынешнем этапе Европе, скорее, помог бы. Лондон всегда был троянским конем Вашингтона, тормозил объединение континента и всегда являлся, скорее, рупором интересов Соединенных Штатов. Более того, выход Соединенного Королевства из ЕС совершенно точно означал бы распад Великобритании. А Брюссель вовремя бы подсуетился, сменил прежний лексикон и принял бы «еврооптимистическую» часть острова, то есть Шотландию, в свои ряды. В этом процессе нас должно беспокоить другое. Странно, что никто из европейских политиков не задумался над тем, что президент США Барак Обама прибыл в Лондон, чтобы поддержать кампанию за членство Великобритании в ЕС. Представьте себе, что Дональд Туск или Ангела Меркель отправляются на Гавайи и поддерживают там попытки восстановить независимость аннексированных островов. Я думаю, что в Вашингтоне объявили бы охоту на этих политиков. Соединенные Штаты недопустимо вмешиваются во внутренние дела и исключительные полномочия Европейского Союза. Так поступали и предыдущие американские президенты, которые, например, призывали к принятию Турции в ЕС, но подобное поведение нужно четко квалифицировать как неприемлемое. Иначе Европа будет только тем, чем ее назвал Генри Киссинджер — протекторатом Соединенных Штатов. Достаточно ли европейские политики правоспособны и самоуверенны, чтобы отстоять наш суверенитет? Или они продолжат вести себя как наместники американской власти?

— Сирийские парламентские выборы выиграла партия Асада. Запад жестко критикует выборы за нелигитимность, ведь из-за боев не все граждане могли голосовать, а оппозиция угрожает отказом от мирных переговоров в Женеве. Кроме того, по информации журнала Foreign Policy, США готовы к плану Б в случае, если перемирие будет нарушено. Уже есть точный список оружия, которое США будут поставлять антиасадовской оппозиции. Однако глава внешнеполитического комитета Кмоничек предупреждает, что стремление отстранить Асада без четкой альтернативы может привести к ливийскому сценарию. Как вы оцениваете текущие события в Сирии?

Сначала кто-нибудь мог бы нам объяснить, что такое легитимные выборы, согласно Западу. Потому что если Запад признал демократические выборы на Украине, в которых тоже не могли участвовать граждане из восточных областей, контролируемых повстанцами, то нелегитимной оказывается и нынешняя критика. Просто мы признаем только те выборы, которые соответствуют политическим интересам западных держав, и это политика двойных стандартов уничтожает всякий пафос дискуссий о демократических принципах. Излишне разбирать этот пропагандистский словарь. Если говорить о ливийском сценарии, то Соединенные Штаты добивались его еще в 2013 году. Как и в Ираке или Ливии, они использовали ложь о том, что Асад применял против собственного населения химическое оружие. Все было подготовлено, Обама хотел нанести удар, но ему помешал дипломатический маневр российского президента. Путин предложил взять сирийское химическое оружие под международный контроль, а против этого президент США выступить не мог. А уж когда Обаму предостерег и Пекин, американский президент понял, что эту партию не разыграть, и формально обратился к Конгрессу США, чтобы получить санкцию на нанесения удара, чем выиграл время для незаметного отступления. На ситуацию он влиял только тем, что Соединенные Штаты начали вооружать оппозицию. Нужно открыто заявить, что в начале этой войны США играли крайне негативную роль. И что сегодня это очень взрывоопасный конфликт, который отдаленно напоминает гражданскую войну в Испании в 30-е годы прошлого века — со всеми вытекающими последствиями. Сегодня мы тоже являемся свидетелями гражданской войны, в которой по разные стороны находятся два десятка стран, и не исключено, что это прообраз новой глобальной войны. Это самая большая опасность, которая исходит от этого конфликта.

Источник