Вспоминая пражанина Аркадия Аверченко

Вспоминая пражанина Аркадия Аверченко
  • 06.04.16
  • 0
  • 350

Среди русских писателей-эмигрантов, нашедших после революции убежище в Чехословакии, одним из первых на память приходит имя Аркадия Аверченко. Недавно исполнилось 136 лет со дня его рождения. Дата не круглая, но все равно мы хотим вспомнить этого выдающегося сатирика, который провел в Праге последние годы своей жизни и покоится здесь, на Ольшанском кладбище.

В одном из интервью писатель признался: «Я вам скажу по секрету — (этого не надо опубликовывать): я прямо-таки влюбился в Прагу, но не признаю любви без взаимности. И пока Прага не высказалась в отношении меня, я скрою свое чувство в глубине сердца». Путь Аверченко в Чехословакию был тем же, как у многих других эмигрантов. После прихода к власти большевиков, уничтоживших его детище — журнал «Новый Сатирикон», писатель с трудом пробрался через Россию и оккупированную немцами территорию Украины в Крым, где работал в газете «Юг». В ноябре 1920 года, за несколько дней до того, как Севастополь был взят красными, Аверченко на одном из последних пароходов смог вырваться в Константинополь. Оттуда перебрался в Софию, затем в Белград. Наконец, в июне 1922 года он приехал на гастроли с группой артистов в Прагу.

Третьего июля в зале им. Бедржиха Сметаны Муниципального дома с большим успехом прошел его первый творческий вечер, после чего Аверченко отправился в двухмесячное турне по городам Чехословакии и… остался в этой стране. Здесь он мог много публиковаться, писал рассказы и фельетоны для газеты Prager Presse, основанной президентом Т. Г. Масариком. Здесь он, наконец, почувствовал почву под ногами. Всегда любивший комфорт, Аркадий Аверченко смог поселиться в отеле «Злата гуса» на Вацлавской площади. Можно сказать, что в Праге он нашел если не второй дом, то, во всяком случае, теплую атмосферу и покой. Так, в 1922 году он писал из Берлина для Prager Presse: «По Праге очень скучаю, потому что она милая, и потому, что здесь никто не понимает чешского языка, — зря, что ли, я учился!»

У Аркадия Аверченко появились в Чехословакии не только поклонники, но и друзья. Защитой авторских прав писателя занимался директор пражского бюро «Русспресса» и один из основателей Союза русских писателей и журналистов в Праге В. Ф. Швиговский. Из местных писателей и журналистов, подружившихся с Аверченко, можно назвать В. Червинку и А. Несса, переводивших на чешский язык его произведения. В ноябре 1922 г. сразу несколько чешских театров в Остраве и Праге поставили пьесу Аверченко «Игра со смертью» в переводе Червенки. В Виноградском театре премьера прошла с огромным успехом, публика рукоплескала автору, а в газетах появились многочисленные восторженные рецензии.

К сожалению, жизнь Аркадия Аверченко, которая, казалось бы, начала налаживаться, оборвала болезнь и смерть. В начале 1925 года ему пришлось пойти на операцию по удалению глаза. Затем его состояние резко ухудшилось, и 28 января его в полубессознательном состоянии поместили в клинику при Пражской городской больнице с диагнозом «ослабление сердечной мышцы, расширение аорты и склероз почек». 12 марта 1925 года на 44-м году жизни Аркадий Аверченко скончался. На могиле писателя на Ольшанском кладбище, справа от входа в храм Успения Богородицы, и сейчас можно увидеть цветы, которые приносят туда почитатели его таланта.

Без преувеличения можно сказать, что творчество Аркадия Аверченко стало полноправной частью чешской культуры 20-х годов ХХ века. С 1922-го по 1925-й на чешском и русском языках вышло более 20 сборников юмористических рассказов писателя, а роман «Шутка мецената» был опубликован уже после кончины Аркадия Аверченко. Ранее, в 1921 г., в Константинополе вышел сборник «Записки простодушного», с подзаголовком: «… о нашей жизни, страданиях, приключениях, о том, как мы падали, поднимались и снова падали, о нашей жестокой борьбе и о тихих радостях». Второе издание, вместе с циклом «Я в Европе» о жизни в Чехословакии, было издано в Праге и Берлине 1923 году. Мы предлагаем вам два рассказа из этого сборника — «Чехи» и «Кнедлики», написанные на основе пражских впечатлений писателя. Читает Антон Каймаков.

ЧЕХИ

Нет на свете человека деликатнее и воспитаннее чеха… Он ласков. Он заботлив. Он внимателен. Невозмутим. Всегда прекрасное расположение духа. Исключительно любит нас, русских.

Я никогда не видел, чтобы чех в обществе вышел из себя. А для меня нет ничего приятнее, как взвалить на свои плечи самую трудную задачу в мире… Поэтому я решил вывести чеха из себя…

Трое чехов и я — мы сидели в углу ресторана и дружелюбно попивали пиво. Я подстерег паузу, обвел компанию хитрыми глазами и неожиданно сказал: — Мне ваше правительство не нравится. Будь я на месте чеха — я бы съязвил:

Источник